Sector 7 Anomaly

В сером бетоне небес, где воздух пропитан запахом озона и страха, висели маски мёртвых — голубые, стерильные, с пустыми глазницами. Они открыли врата. Не те, что вели к спасению, а те, что выпустили наружу нечто древнее, голодное, неумолимое. Они пришли за душами. Пришли сканировать, сортировать, превращать людей в данные, а города — в архивы. «Это для вашего же блага», — вещали голоса из громкоговорителей. Но в мелком шрифте дьявольского контракта никто не читал, что плата будет кровью. И вот он пришёл. Не герой. Не спаситель. Просто Слэйер. Он не произносил речей. Не вёл переговоров. Только тяжёлые шаги по металлическому полу и молитва дробовика, которая заканчивалась хрустом разрываемой брони. Системы давали сбой. Протоколы кровоточили красными предупреждениями. Что-то древнее проснулось внутри него, что-то первобытное взяло верх. Запереть двери? Уже поздно. Запечатать хранилище? К чёрту. **RIP AND TEAR!** Адский двигатель взревел, затмив даже искусственное солнце Купола. Империя хрома и синтетики, которую они строили веками, трескалась, как яичная скорлупа. Добро пожаловать на скотобойню, добро пожаловать на последний смех. Он шёл по коридорам Цитадели, и синий свет фонарей Combine медленно угасал. Вместо него поднимался красный туман — пар крови, смешанной с машинным маслом. Overwatch орал в эфире: «Подавить цель! Подавить цель!» Но цель была танком с бьющимся сердцем. Он пожирал плазму, словно это был тёплый дождь. Разрывал сталь голыми руками. Квантовые расчёты? Они не умели чувствовать ярость. — Сэр, он только что суплекснул Страйдера пополам! — А Советник… он… хихикает синтетическим смехом… Чёрный юмор ада. Приходится смеяться, когда твой телепортер выплевывает обратно только куски твоего лучшего друга. Серверы падали. Сеть заливалась красным. Комбайны в панике. Мёртвые уже не подчинялись. Флот вызвать? Он уже пепел. Трубить отбой? Слишком поздно. **RIP AND TEAR! Пока не кончится!** Слэйер не разговаривал. Он просто шёл сквозь тебя. Синий свет угасал. Красный туман густел. Молись своим богам? Их здесь никогда не было. Он был искрой. Он был спичкой. Он был чёртовым пожаром. Они построили утопию на костях и проводах. А он пришёл сжечь её дотла. Цепная пила взревела. Тяжёлое дыхание в темноте. Никаких сохранений. Никакого «продолжить». И когда последний Overwatch прохрипел в эфир: «Сигнал потерян… Архив… повреждён…», раздался лишь тяжёлый шаг, щелчок предохранителя и тишина. А потом — снова рёв. RIP AND TEAR. Until it’s done.